Первая полоса

Как Великую французскую революцию показывают в играх

Валентин Шакун

Великая французская революция — одно из самых значимых исторических событий, не говоря уже о её роли в истории Франции. Она потрясла мир и стала чем-то вроде инструкции для переворотов в других странах. Поэтому неудивительно, что она временами становится сеттингом для игр разных жанров от новелл до RPG.

8 сентября вышла одна из них —  Steelrising. Игроку в роли андроида-служанки предстоит спасти Францию от злого короля. В реальности, правда, никаких андроидов не было, а Людовик XVI стал жертвой революции. Да и вряд ли ему бы помог шарлатан Калиостро, который стал одним из антагонистов Steelrising.

Каждая игра показывает это период по-разному. Мы попытались разобраться, насколько события нескольких известных игр в сеттинге Великой революции соотносятся с реальностью.

Тайные общества, налоги и Бастилия

В  Assassin’s Creed Unity тамплиеры провоцируют революцию, чтобы вернуть Ордену былое величие, причём их предводитель грезит о временах Жака де Моле. Тамплиеры даже спровоцировали голод по всей Франции! Игроку показывают несколько важных событий периода, в том числе взятие Бастилии и казнь короля. При этом магистром разработчики сделали загадочного ювелира, а главным ассасином — политика, методы которого нравятся далеко не всем ученикам.

Подтвердить или опровергнуть участие тайных обществ в разжигании революции сложно. Никаких убедительных свидетельств заговора нет, хотя его продвигали даже в литературе — как раз о заговоре масонов рассказывает роман Дюма «Жозеф Бальзамо». Особенно популярной теория была среди британских аристократов, которые боялись заговора бесправных в то время женщин и ирландцев.

Даже в самой Assassin’s Creed Unity узнать о более реалистичных причинах революции можно — но лишь из «Базы данных» в меню.

Зато известно, что в стране царили неурожай и голод, да и денег в казне критически не хватало. Франция брала огромные кредиты, чтобы отправить на помощь США в войне аж три своих бюджета. Когда пришло время расплачиваться, денег у короля не оказалось. Стало очевидно, что стране нужны финансовая реформа и пересмотр системы налогообложения.

Дворянство было против — в отличие от крестьян, оно легко уклонялось от налогов. Король думал, что сможет избежать реформы, но крестьяне настояли на её необходимости. А ещё осознали: они — самая многочисленная часть общества Франции, интересы которой должен представлять король. Тогдашнему правителю они не доверяли, и люди решили перекроить государственный аппарат, наконец разделив власть на три привычные ветви.

Хорошо, что Арно сделали аристократом, иначе игроки бы просто устали платить всевозможные налоги и видеть 0 на счету.

«Официальное» начало революции показано в Assassin’s Creed Unity с особым пафосом, хотя взятие Бастилии — скорее символ, чем настоящее военное достижение. Охраняло её совсем немного солдат и заключённых, так что народ легко сначала захватил, а потом и снёс тюрьму. По слухам, король отправлял туда неугодных ему деятелей, так что вряд ли Арно попал бы туда за одно недоказанное убийство.

Во Франции крестьяне были героями, а вот Unity показывает их как неконтролируемую толпу варваров. Это особенно обидно, ведь в то время было очень много грамотных людей. Так что после релиза игры левый политик Жан-Люк Меланшон обвинил Ubisoft в переписывании истории. Продюсеру игры пришлось заявить, что экшен не надо воспринимать как учебник. По его словам, революция в Unity — лишь фон для сюжетной линии. При этом ещё во время разработки научный консультант из Сорбонны предупреждал сценаристов, что у них получается история с роялистским уклоном. Оно и понятно, если учесть, что «хорошими» ассасинами управляет помощник самого короля, а «плохими» тамплиерами — случайный ювелир.

Высший свет, мода и политика

Влияние романтических отношений на политику показано во многих играх о Великой революции, но только визуальная новелла  Ambition: A Minuet in Power полностью концентрируется на нём. Разработчики поначалу черпали вдохновение из аниме «Роза Версаля» и только потом стали изучать книги и исследовательские работы о революции.

В Ambition игрок в роли брошенной мужем Иветт Деко с нуля должен выстраивать связи в высших кругах парижского общества и втираться в доверие в попытках не попасть под гильотину. Иветт постоянно разъезжает по встречам с аристократами, чтобы повысить своё влияние в городе и не нажить врагов, а ещё распространяет слухи о противниках.

Меню распространения слухов через парижские газеты.

При этом важная часть игры — наряды главной героини, которые влияют на то, как её воспринимают разные слои общества. А ещё в Ambition можно «романсить» нескольких исторических личностей, одна из которых — гаитянин Тома-Александр Дюма. То есть Ambition — чуть ли не единственная игра в сеттинге, в которой вспомнили о Гаитянской революции, подлившей масла в огонь во Франции.

В реальности король Людовик XVI хоть и не брезговал отправлять оппонентов за решётку, но не очень интересовался политикой. Его жена, королева Мария-Антуанетта, манипулировала Людовиком, принимала многие важные решения о судьбе страны и всегда была рядом с мужем. Её ненавидели в народе, а она выступала против революции и даже была готова организовать австрийское вторжение в страну, чтобы остановить переворот.

Вообще, французская революция совпала с периодом, когда женщины стали активно заявлять о своих правах и принимать участие в политической жизни общества. В этом особенно помогали набравшие в то время популярность салоны, в которых встречались аристократы. В Ambition героиня как раз постоянно посещает такие места, а в  We. The Revolution одной из противниц главного героя выступает жена политика, которая наращивает влияние с помощью салонов.

В We. The Revolution нужно тщательно выбирать подход к речи перед казнью, чтобы расположить к себе толпу и улучшить репутацию в обществе.

Революционный трибунал, сейф и казнь короля

На суде Великой революции сфокусировалась We. The Revolution. В ней игрок в роли судьи Алекси Фиделя проходит от казни короля до конца революции, устраняя конкурентов и поднимаясь всё выше в иерархии парижской знати. На самом её верху находится Максимильен Робеспьер, в очернении которого обвиняли создателей Assassin’s Creed Unity.

We. The Revolution знакомит игрока с атмосферой в разных слоях общества во время революции. Поначалу большинство подсудимых — хитрые подрядчики, неумелые воры и мешающие друг другу торговцы. Но со временем перед судьёй оказываются всё больше аристократов и революционеров, мнения которых о текущих событиях значительно разнятся. При этом приходится не только удовлетворять потребности общества, но и поддерживать отношения с семьёй. Например, в первом акте Фидель судит репетитора, которого любит его сын и ненавидит вся остальная Франция.

В We. The Revolution дают почитать одно из писем, обнаруженных в «железном шкафу». В секретном сейфе в стене кабинета Людовик XVI хранил документы и письма, не предназначенные для чужих глаз. Вскрытие шкафа показали в Assassin’s Creed Unity. Но разработчики как будто решили выполнить квоту на реальных исторических личностей в игре, так что зачем-то дали открыть «шкаф» самому Наполеону.

Судья в We. The Revolution — персонаж вымышленный, а вот обвинитель де Тенвиль (справа) существовал на самом деле.

Трибунал — символ якобинского террора, самого кровавого периода революции. Это был не просто суд, но инструмент в руках случайно захвативших власть политиков. Интересно, что потом многие из тех, кто поддерживал трибунал, сами прошли через него и были казнены. Но до этого в органе судили короля, у которого практически не было шансов — против него были и радикальные политики-якобинцы, и ангажированная толпа.

Одним из решающих аргументов в пользу казни стали документы, найденные в потайном сейфе. При этом итоги голосования за казнь в зале суда были совсем не такими, как в Assassin’s Creed Unity, где голос пешки тамплиеров оказался решающим. Мастер, который изготовил замок для сейфа, сам помог его вскрыть. В нём обнаружили письма, компрометирующие короля и указывающие на его связь с Мирабо. В Unity того сделали главой парижского Братства ассассинов, а в реальности он за деньги помогал Людовику править. Когда об этом узнали, могилу Мирабо выкопали, а на её месте захоронили якобинца Марата.

Робеспьер же был одним из «руководителей» террора, во время которого в суде отменили тюремное заключение и всего за пару недель отправили на плаху больше людей, чем за полгода до этого. В We. The Revolution как раз показан соответствующий указ. В Unity же есть другая важная деталь: Робеспьер действительно использовал суд в личных целях, убивая политических оппонентов.

Заключённый под стражу Робеспьер в Assassin’s Creed Unity.

Несмотря на огромное историческое значение, французская революция в своём исходном состоянии для популярных игр будто бы слишком скучна. Кажется, чем известнее проект в этом сеттинге, тем больше в нём расхождений с реальностью и тем менее он нейтрален политически. Раскрученные Steelrising и Assassin’s Creed Unity используют революцию как фон, при этом одна из них как бы поддерживает революционеров, а другая — короля.

Но всё же каждая из упомянутых игр вводит в курс событий и показывает самые важные события революции. Ведь запомнить взятие крепости или казнь короля гораздо проще, когда участвуешь в них сам, а не разглядываешь гравюры в учебнике.

По материалам

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»